Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
История о том, как одиночество в заключении помогли человеку увидеть счастье в жизни

Утро праздника Йом Кипур у Марка Мошковица началось, как обычно в этот день — он собирался идти в синагогу. В дверь громко постучали. На пороге стояли два агента ФБР. Марк догадывался, какое обвинение будет ему предъявлено: в обмане инвесторов на сотни тысяч долларов.

Следствие велось почти год и окончилось обвинительным приговором и заключением в тюрьму. Два года, проведенные за решеткой, полностью поменяли жизнь Марка.

В погоне за деньгами

Марк Мошковиц вырос в небольшом городе Уэстфилд, в штате Нью-Джерси, в светской еврейской семье. В семье помнили про еврейские праздники, ходили в синагогу в Йом Кипур, но не более того. Марк учился в элитной частной школе, потом поступил в университет.

Отец Марка построил свою карьеру на Уолл-стрит, и Марк решил пойти по его пути. «Я вырос в погоне за деньгами. Жизнь для меня означала заработок и приобретения», — говорит он.

Марк устроился работать в инвестиционную компанию, и очень скоро усвоил правила игры, принятые на Уолл-стрит. «Перед тобой стоит задача: выжать из клиентов как можно больше, чтобы выполнить квартальный план и в итоге увеличить прибыль компании, и получить свой бонус. Этика, мораль — эти грани размываются, когда ты решаешь, какие совершать сделки и кого к этим сделкам привлекать. Мы всегда были на грани, стараясь не пересекать черту». «Философия» компании, в которой работал Марк, была проста: «делай всё, что нужно для прибыли, главное — не попадайся!»

Марк был не первым и не последним в этом мошенничестве — фактически, большая часть его коллег была вовлечена в ту или иную преступную схему. «Заработав» очередную кругленькую сумму, Марк никогда не останавливался — его гнало вперед убеждение, что он может получить в два раза больше, и вот тогда-то будет по-настоящему счастлив. И так до бесконечности.

Крах

Спустя несколько лет Марк основал собственный инвестиционный фонд, и первые несколько лет зарабатывал деньги для инвесторов по старинке: он им обеспечивал хороший уровень доходности взамен на 20% прибыли, и все были довольны. Но потом случилось то, с чего и начинается крах подобных предприятий: Марк заключил несколько неудачных сделок и скрыл это от инвесторов, которые продолжали доверять ему свои деньги — а он их уже не вкладывал в акции, а тратил на свои нужды.

Суммы его задолженности продолжали расти, и в конечном итоге стали запредельными. «Жизнь вышла из-под контроля. Я постоянно искал простой способ решить свои проблемы. Я лгал себе, мечтал о том, как внезапно заработаю миллион или выиграю в лотерею, которая выручит меня».

Стук в дверь в то утро Йом Кипура не был неожиданным. За несколько месяцев до того дня независимые аудиторы обнаружили в счетах Марка Мошковица недостачу на сумму 700 000 долларов. Они дали Марку срок, чтобы тот вернул деньги, и когда он не смог этого сделать, уведомили инвесторов Марка, которые затем заявили в ФБР. Марк попробовал было выторговать у них хотя бы один день:

— Вы понимаете, что сегодня самый важный праздник для еврея?

Но агенты ФБР считали, что и так поступают слишком гуманно:

— Мы могли бы приехать сюда с сиренами и мигалками, чтобы арестовать вас. Считайте, что Вам повезло, что Вы не в наручниках.

В тот момент для Марка рухнуло всё. Все атрибуты успеха — хороший дом, автомобили, загородные клубы и высокопоставленные друзья — всё это уже не имело значения.

Марка не арестовали, а только сообщили о том, что в отношении него возбуждается уголовное дело — так что в синагогу он в то утро пошел, как и собирался. «Я сидел там, злой и растерянный, обвиняя весь мир в своих проблемах. Родители меня неправильно воспитывали. Бывшая жена мне попортила много крови, и я на нее зря потратил столько денег. Снова и снова я обвинял других — даже агентов ФБР, явившихся ко мне домой!»

Вместе с тем, как это ни парадоксально, было даже что-то освобождающее в самом факте заведения уголовного дела. Марк почувствовал, что теперь, когда он уже не должен ничего скрывать, ему стало легче. Все же это было утомительно: годами заметать следы, делая вид, что жизнь хороша. Он лгал инвесторам, лгал своей жене, лгал родителям, лгал своим детям… Он был вынужден постоянно заботиться о том, чтобы его тайна не раскрылась.

Тот Йом Кипур, проведенный в синагоге, закончился для Марка твердой уверенностью в том, что ему нужно взять на себя ответственность за свое мошенничество, и когда он встретился со своим адвокатом, общественным защитником, он прямо сказал ему: «Я виновен», чем немало его удивил.

На суде Марк тоже заявил о своей виновности, и все же, он не представлял себе, что может оказаться за решеткой. «Я не жестокий человек, зачем меня изолировать от общества? Я ведь открыл фонд не для того, чтобы красть деньги! У меня были хорошие намерения… Я думал, что мне дадут домашний арест, общественные работы, штраф… Но тюрьма?!»

Тюрьма

Кроме выплаты штрафа, Марка Мошковица приговорили к трем годам тюремного заключения.

«Я вошел туда с целью выйти лучшим человеком. Я понимал, что мне нужно что-то исправить. Мне нужно было понять, где же была та точка, с которой вся моя жизнь пустилась под откос. Я не знал, как я исправлю ситуацию, но хотел извлечь из этого все возможное и выйти сильнее».

В тюрьме Марк решил не тратить свое время на игру в покер и просмотр телевизора, а принялся за чтение. «Я прочитал тогда много книг по самопомощи, и почти в каждой подчеркивалась сила благодарности. К сожалению, в дотюремной жизни я никогда не занимался этой темой — как-то было не до этого, я был все время занят. В тюрьме у меня появилось много времени…»

Марк решил, что будет ежедневно проводить «благодарственную прогулку»: час в день будет ходить по тюремному дворику, вспоминая всех и всё, кому или чему он мог бы быть благодарен.

«Сначала это кажется неестественным и неискренним. Как вообще можно чувствовать благодарность за то, что ты в тюрьме? Как ты можешь чувствовать благодарность к людям, которые тебя бросили? О какой благодарности может идти речь, если твоя жизнь разрушена, и нужно начинать всё сначала?!»

Марк совершал свои благодарственные прогулки последовательно — каждый день, независимо от погоды. «Я начал питать свой ум всем, что мог придумать, чтобы быть благодарным: за сердце, перекачивающее кровь, за свежий воздух, за деревья, за место для сна и за еду. Постепенно я стал меньше беспокоиться о том, чего у меня нет, и больше ценить то, что у меня есть. Оказалось, что даже в тюрьме у меня было так много! И я стал уже не только проговаривать слова благодарности — я стал на самом деле чувствовать её».

Эти упражнения привели Марка к целому каскаду положительных результатов. Все больше и больше размышляя о влиянии других людей на его жизнь и на тот выбор, который он сам делал, он постепенно учился перестать обвинять других в своих бедах и принимать людей такими, какие они есть.

Кадиш

Пока Марк был в тюрьме, скончался его отец. Один из заключенных-евреев спросил: «Ты будешь читать Кадиш?» Марк слышал такое слово — Кадиш — но вся эта религиозно-обрядовая тема была далека от него. На свободе Марк и представить себе не мог, что когда-нибудь возьмет на себя такое обязательство: три раза в день в течение 11 месяцев ходить в синагогу, чтобы сказать Кадиш в миньяне. В тюрьме это было абсолютно выполнимо — здесь нельзя было отговориться занятостью и отсутствием времени. А слова «для возвышения души отца» звучали пока непонятно, но… вдохновляюще.

Вместе с ежедневным посещением тюремной синагоги пришли и надевание тфилин, и шабат, и кошерная еда, и ежедневные занятия Торой, и осмысленная молитва.

«Когда я был маленьким, я помнил наизусть некоторые молитвы, но в чем их смысл — никогда не задумывался. Первые несколько месяцев я первую часть молитвы просто “пробегал”, и ждал только того момента, когда надо будет произнести Кадиш. В конце концов, я выучил молитвы и начал их чувствовать. Раньше я представлял, что религия со своими обрядами — это помеха духовности. Но тут я начал понимать, что все с точностью до наоборот. В этой последовательности и знании молитв я смог стать ближе к Б-гу».

«Можно сказать, что я и раньше в какой-то степени верил в Б-га. То есть, наверное, я подозревал, что Он, наверное, есть. Но до того, как я попал в тюрьму, я не слушал Б-га и не обращал внимания на сигналы, которые Он мне посылает. Как только я перестал гоняться за деньгами, весь этот внешний шум вокруг меня и внутри утих, и я много чего услышал».

Марку потребовалось время, чтобы осознать, что одиночество и тюремное заключение были огромными подарками Свыше. Если бы он не оказался в таком месте, где нет мобильного телефона, нет необходимости все время бежать и догонять, как бы он смог успокоить ум и обратить внимание на то, что говорит ему Вс-вышний?

«Я понял, что вся моя жизнь — это выбор, который я делаю, и я могу выбрать все, что захочу. Если кто-то говорит мне что-то обидное, у меня есть выбор, как реагировать. Если передо мной встает испытание, я могу выбрать преодолеть его, а не сбегать в кусты. Я могу выбрать быть счастливым или грустным, уверенным в себе или несчастным. Внутри себя у меня есть все, что мне нужно, чтобы жить прекрасной жизнью. Я узнал всё это только благодаря тюрьме».

* * *

Наш век — век материального изобилия и век депрессии. Мы ищем счастья во внешнем мире и, не находя его, впадаем в тоску. На самом деле, счастье — внутри нас. Доверие к людям, благодарность, любовь — всё то, что делает нас счастливыми, — рождается и живет внутри, и не требует совершенно никаких внешних источников. Не обязательно становиться преступником и попадать в тюрьму, чтобы убедиться в этом.


Отсылание козла в пустыню и к дальней скале над пропастью — как это названо в Торе «к азазелю» — одна из центральных служб Дня Искупления в Иерусалиском Храме. Словосочетание «козел отпущения» стало нарицательным и используется сегодня как идиома Читать дальше

Десять дней трепета и Йом Кипур

Рав Элияу Ки-Тов,
из цикла «Книга нашего наследия»

Книга нашего наследия

Описание служения первосвященника в Йом Кипур

Дон Ицхак бен-Иегуда Абарбанель,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Служение, которое в этот день проводилось в Храме, подразделялось на три вида. Первый — это те жертвоприношения, которые делаются и в любой другой день: два ягненка, приносимых в постоянную жертву, утром и после полудня. Второй — дополнительные жертвы этого дня, то есть, «один бык, один баран, ягнят годовалых беспорочных — семь, и один козел в жертву хатат ».

Избранные комментарии к недельной главе Ахарей мот

Рав Шимшон Рефаэль Гирш,
из цикла «Избранные комментарии на недельную главу»

Аарон войдет в Святилище с символами, назначение которых воздействовать на осознание им своих должностных функций: бык символизирует его роль «работника на поле Б-жьем, что является целью жизни еврея».

Уроки Знания 4. Ибо все, на Небесах и на земле…

Рав Маариль Блох,
из цикла «Уроки Знания»

Смысл мидраша не так просто. Кого любил Яаков?