Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Сегодня имя рава Ицхака Фангера почти нарицательное: его лицо украшает рекламу информационно-«пропагандистских» семинаров, он выступает с лекциями по всему Израилю и во многих странах мира, а также по радио и на интернет-площадках, приближая к Торе сотни евреев. Тридцать лет назад никто, включая его самого, не мог предположить, какое будущее его ждет.

«Фангер, живи за меня»

Семья Фангер жила в Герцлии: виндсерфинг, триатлон, пляжи — и никакой Торы, конечно. «Я думал, что кошерное — это то, что ели только бедные люди», — вспоминает рав Фангер. Но в Израиле так: даже если ты самый светский в мире мальчик, бар-мицву ты все равно как-то празднуешь.

Ицик Фангер был первым внуком своего деда, который, хотя и не был религиозным, всё же, как выходец из Ковно, настаивал на том, чтобы Ицик продолжил семейные традиции и научился к бар-мицве трем вещам: говорить на идиш, играть в шахматы и читать афтару (отрывок из книг Пророков, которые читают в синагоге в шабат после недельной главы Торы).

В шахматы Ицик продолжал играть и во взрослом возрасте, но идиш и афтара легли на такие далекие полки памяти, что он даже сам не знал, что они там. До поры.

Ицхак и его самый близкий друг, сосед, с которым они вместе росли, пошли служить в танковые войска и воевали в одном танке. В Ливане их танк попал в засаду, и его друг был убит у него на глазах. Его подстрелили, он упал прямо на Ицхака, сказал: «Фангер, живи за меня» — и умер.

Долгие месяцы вспоминая погибшего друга, думая о нем, о его короткой жизни, Ицхак решил, что теперь его обязанность — максимально использовать свою жизнь, хотя он тогда и сам не знал, что это значит.

Гибель друга подтолкнула Ицхака к решению изучать психологию, а позже — альтернативную медицину. «Я чувствовал себя беспомощным и хотел помочь другим людям, но обычная медицина казалась мне чем-то слишком механическим, мне нужно было что-то более глубокое. Я хотел духовности, но не религии. Особенно не иудаизма!»

На Восток, за духовностью

В 1993 году в Израиль приехала представительница рейки, японского энергетического целительства, и Ицхак очень заинтересовался этой необычной системой, которая позволяет излечивать людей прикосновением рук. Тем более, что учитель сказала ему: «Фангер, у тебя есть дар передавать энергию. Ты можешь стать мастером».

Изучив первые два из трех уровней рейки в Израиле, третий нужно было постигать за границей. Ицхак, которому было тогда около 22 лет, поехал сначала в Европу, потом в Соединенные Штаты — и там получил титул мастера рейки.

Ицхак стал сам учить целительству других, но он понимал, что невозможно быть настоящим специалистом рейки без того, чтобы не изучить буддизм — а полноценно это можно сделать только на Востоке. Япония была слишком дорогой страной, Тибет был опасен, поэтому Фангер оказался на севере Индии, в городе Дхарамсала, в числе учеников Далай-ламы.

Городок Дхарамсала, расположившийся на высоте 1700 метров над уровнем моря, сейчас стал местом туристическим, полным гостиниц и гестхаузов, и израильтян там так много, что в городке даже есть израильский детский сад! Но тогда туда приезжали только люди, которые стремились к настоящей работе над собой: ели один раз в день, спали без матрасов и подушек и просыпались в четыре тридцать каждое утро.

Тогда Ицхака привлекло в ашраме то, что все там было построено на самодисциплине и духовности, порожденной отказом от материальности. Но в ретроспективе в его интересе к Дхарамсале было нечто большее: «У еврея есть душа, которая хочет чего-то другого. Я хотел духовности, но даже не думал искать ее в иудаизме. Я думал тогда, что раввины только хотят денег, а в ашраме я нашел настоящих людей, которых не интересовали материальные вещи!»

Через несколько месяцев наставник Ицхака посоветовал ему отправиться в другой известный индийский духовный центр — Ришикеш — и заняться там практикой, которая называется випассана.

Чем прорвется молчание?

Что такое випассана? Если коротко, то это полгода медитаций и молчания. Идея за этим стоит такая: речь отнимает энергию, и нужно учиться эту энергию сохранять, а не растрачивать. Ицхак попрощался с Дхарамсалой, позвонил родителям в Израиль и сказал, что собирается молчать полгода. Голос его матери, которая всегда была рада поощрять любые шаги своего первенца в направлении саморазвития, даже не дрогнул: «Полгода молчания? Потрясающе! Мы любим тебя, мы верим в тебя, мы с тобой! Не сдавайся!»

Ашрам находился в джунглях рядом с Ришикешем и недалеко от реки Ганг. Это было идеальное место для принятия обета молчания. Электричества не было, поэтому все просыпались рано и ложились спать, когда темнело. Монахи питались овощами, которые сами выращивали, пили воду из реки, читали и писали. Но большую часть дня они медитировали.

Медитировать по 15 часов в день, сидеть долго в одной позе, мало спать, скудно есть — к этому можно было привыкнуть. Но молчать — вот что оказалось самым сложным! Рав Фангер, вспоминая свои ощущения того времени, говорит: «Помолчать недельку — никому не повредит. Молчать месяц — тяжело. Через два месяца ты больше так не можешь, ты просто обязан поговорить с каким-нибудь человеческим существом! Пусть даже с самим собой!»

Через три с половиной месяца полного молчания Ицхак уже чувствовал, что у него внутри вулкан — и однажды не смог сдержаться. Это произошло, когда он плавал в водах Ганга. Это даже не было осознанным решением — слова просто вырвались наружу. Но что это были за слова! Они удивили самого Ицхака!

«Неожиданно для себя, я стал выкрикивать строки той афтары, которую учил, когда готовился к бар-мицве! Я был в шоке. Что случилось со мной? Почему из меня выходят слова Пророка?! Но я уговорил себя, что к религии это не имеет никакого отношения, что я просто скучаю по Израилю…»

Другая медитация

Через три дня после этого происшествия случилось ещё одно событие. «Я медитировал ночью в своей хижине в джунглях. Все монахи ложатся спать рано, но я люблю ночь, поэтому медитировал при свете свечи. Когда я закончил и задул свечу, у меня появилось странное чувство, что кто-то еще был в комнате. Я снова зажег свечу и внимательно осмотрел все помещение».

Ицхак не увидел никого и ничего, и все же, подчиняясь какому-то шестому чувству, решил взять свой матрас и устроиться спать снаружи. Когда он поднял спальный мешок, с его капюшона что-то упало: это был смертоносный желтый скорпион. «Если бы моя голова коснулась тогда капюшона, меня бы не было в живых!» — говорит рав Фангер. «Тогда я впервые в жизни почувствовал, что кто-то присматривает за мной. У меня не было другого объяснения тому, что меня явно кто-то — Кто-то — предупредил…»

Прошло еще два дня. У Ицхака закончились свечи, и, роясь в своей сумке, он нашел субботнюю свечку, которую получил от хабадников в израильском аэропорту почти год назад. Свечка лежала в пакетике вместе с карточкой. На карточке были написаны какие-то молитвы. Ицхак выхватил взглядом строчку, написанную самым крупным шрифтом, и подумал: «Почему бы, вместо буддийских слов, не попробовать эти слова в качестве мантры?»

Сказано — сделано: «Шма Исраэль Ашем Элокейну Ашем Эхад». Как только Ицик сосредоточился на этих словах, все его тело начала сотрясать дрожь, и по коже пошли мурашки. Он не мог понять, почему так отреагировал. Ни одна медитация никогда не производила на него подобного эффекта. «Я понял, что нашел ядерную бомбу, или сокровище, или Б-г знает что, и я хотел знать, что же это такое».

Ицхак обвел взглядом голые стены деревянной хижины, чужие холодные горы вокруг — нет, здесь никто не ответит ему, в чем тайна этих слов. Ни один из этих монахов не может научить его Б-гу. В то же утро, еще до рассвета, Ицхак оседлал осла и навсегда покинул монастырь, даже не попрощавшись.

Поиски истины

Ицхак не представлял себе, у кого он пойдет спрашивать о значении слов «Шма Исраэль», но ему не пришлось никого искать: еще не доехав до дома, на одной из досок объявлений в Герцлии Ицхак увидел плакат — приглашение на лекцию «Мистика в иудаизме. Жизнь после смерти».

Ицхак пошел на лекцию и сел в первом ряду. Когда лекция закончилась, он поднял руку:

— Каждая религия утверждает, что она — истинна. Чем иудаизм лучше?

Лектор не смутился и, как будто ожидал этого вопроса, тут же пригласил Ицхака на четырехдневный семинар организации Арахим, на котором как раз приводятся доказательства истинности еврейского учения.

«Я думал так: кто дает все эти лекции? Ортодоксы — недалекие, необразованные люди. Но я-то умный! Я получил университетское образование! Они же ничего не знают, кроме своих молитв. Конечно, я им в два счета докажу, что все они ошибаются. Ну и насчет своей медитации что-то узнаю».

Эти четыре дня перевернули его жизнь. Все лекции были так мудры, так глубоки — Ицхак совершенно не ожидал ничего подобного от «этих религиозников». За несколько дней он узнал больше, чем за все предыдущие четверть века его жизни!

С этого дня началось возвращение Ицхака к вере. Когда он сообщил своим родителям, что собирается стать «баал тшува», они восприняли эту новость как предательство:

— Ты станешь религиозным, а потом бросишь нас, — плакала мать. —Как ты можешь сделать это со мной? Ты — наш старший сын, наша надежда! Разве религиозные становятся успешными людьми?

Ицхак, как мог, успокоил отца и мать, заверил их, что не собирается их бросать и не собирается становится безработным, и начал путь учебы и возвращения. В его жизнь вошел шабат, на его голове утвердилась кипа, он стал брать на себя все больше и больше заповедей — а параллельно с этим работал по своей специальности: открыл школу японского целительства рейки.

Рейки — это кошерно?

Об Ицхаке Фангере распространилась слава как о лучшем мастере рейки в Израиле, ученике самого Далай-ламы, люди стекались к нему отовсюду. Он проводил двухдневные курсы, которые пользовались огромной популярностью и приносили немало денег. Тут уж и его мать наконец получила свою долю родительского «нахата», удовольствия, которое мы испытываем, когда наши дети добиваются успеха. Подсчитывая прибыль сына, она однажды объявила: «Ицик, да ты же будешь миллионером!» Да, действительно, в какой-то момент на его семинары люди были вынуждены записываться за целый год — так он был востребован!

Однажды Ицхаку посоветовали провести курс для религиозных евреек. Почему бы нет? 250 женщин собрались в зале, и Ицхак начал вступительную лекцию. Все шло как обычно, и вдруг одна женщина подняла руку и спросила:

— Извините, а вы уверены, что рейки — это кошерно?

— В каком смысле — кошерно? Мы тут не едим ничего, как рейки может быть чем-то некошерным?

— Так вы не получили разрешение от раввина?

Тут Ицхак немного смутился:

— Я еще не так давно соблюдаю заповеди, и у меня пока еще нет своего раввина. Я узнаю.

Ицхаку Фангеру посоветовали обратиться к раву Ицхаку Зильберштейну, зятю рава Эляшива. Рав подробно расспросил его о практиках рейки. Ицхак объяснил, что рейки основана на идее невидимой «энергии жизненной силы». Эта энергетическая сила течет через него к его пациенту, поскольку он концентрируется на слове «рей», что означает «Б-жественная Мудрость или Высшая Сила», и «ки», что означает «энергия жизненной силы». Таким образом, рейки — это «духовно управляемая энергия жизненной силы». Рав Зильберштейн внимательно все выслушал и объяснил, что целительство рейки, как и многие другие восточные методы исцеления, основано на авода зара, и поэтому никак не может быть кошерным.

Ицхак был совершенно убит. Весь его мир разрушался — ведь в рейки была вся его жизнь, его миссия. Он вернулся домой, сел и заплакал. Он не знал, что делать. На самом деле, путей было два: отказаться от рейки, потому что этот вид целительства не разрешен в иудаизме — или сделать вид, что он ничего не слышал, и продолжить всё, как раньше.

«Не оставь меня…»

Ицхак понял, что не может выбрать второй путь. «Тогда я сказал Вс-вышнему: “Я откажусь от своей карьеры, от того, чем я жил все эти пять лет. Я не прошу денег или чести, и я не оставлю Тебя. Но только и Ты — не оставь меня…”»

Ицхак отменил все свои курсы, семинары и лекции и, по совету рава Хаима Каневского, поступил в ешиву «Ор Самеах» — для начала, на три месяца, «попробовать». Через три месяца Ицхак уже не думал о том, чтобы уйти из ешивы: он нашел там прекрасный мир, о котором раньше не имел понятия, — мир Торы. А как же карьера, которая могла принести ему миллионы?

Рав Ицхак Фангер говорит так: «Сейчас я на самом деле миллионер. У меня шестеро детей, каждый из которых стоит для меня гораздо больше миллиона. У меня замечательная любящая жена, мы живем религиозной жизнью, и мы очень счастливы».

* * *

Каждому человеку непросто отказаться от того, что кажется ему основой его жизни, его миссией, его единственным предназначением. Но тот, кто честен с собой, выбирает путь Истины, где его ждет настоящее предназначение. И на этом пути Вс-вышний никогда его не оставит.