Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch
Ханукальное чудо в больнице

Моше работал физиотерапевтом в больнице, в реабилитационном отделении. Больница была большая, на 1000 коек. Где-то около десяти процентов пациентов составляли евреи, и вот для них, а также для еврейского медперсонала, один из докторов, по фамилии Кан, добился разрешения каждый декабрь выставлять в тупике больничного коридора, рядом с реабилитационным отделением, электрический восьмисвечник — подобие ханукального светильника.

Собственно, религиозных евреев в больнице было двое — тот самый доктор Кан и Моше. И Моше, из года в год, включая в дни Хануки лампочки светильника, не очень рассчитывал на то, что кто-то из евреев, видя это, заинтересуется, начнет его расспрашивать… Люди, приходившие к нему в отделение, обычно страдали от сильных болей, и им вообще было ни до чего. Да и кто, кроме маленьких детей, внимательно разглядывает гирлянды и фонарики, развешанные и расставленные повсюду накануне нового года?

Настоящего пирсумей-ниса, прославления чуда, в этом больничном тупичке, наверное, никогда не получится. И все же само чудо происходило всегда. Даже такое простое действие, как щёлканье выключателем, вызывало у Моше трепет. Он чувствовал, что с каждым днем Хануки в мире становится всё больше света, и свет его 40-ваттовой лампочки вливается в общий свет всех светильников, которые в этот час зажигают евреи в своих городах.

Сейчас Моше с тоской смотрел на мертвую восьмую лампочку и думал. Наступил восьмой, самый светлый день Хануки. Его смена закончилась. Дома его ждали с пирожками, музыкой и подготовленной детьми («Папе ничего не рассказывайте, это сюрприз!») праздничной викториной. «И надо же было этой последней лампочке перегореть именно сейчас! Где я в такое время раздобуду другую? Да и даже если зажечь ее — кто ее увидит здесь, кроме парочки старичков, которые любят перед сном прогуляться по коридору?»

Моше уже повернулся к ханукие спиной и твердо решил ехать домой. Но, сев в машину, понял, что эта лампочка не даст ему покоя, и он будет думать о ней весь вечер. Не столько о лампочке, сколько о тех старичках, которые, дойдя, как обычно, до конца коридора, не увидят полного, восьмисвечного, сияния Хануки. «Ладно, попробую доехать до ближайшего круглосуточного магазина…»

В магазине нужных лампочек не оказалось. «Ну, все, я честно попробовал, теперь могу ехать домой… Впрочем, тут же недалеко синагога, может, там есть? Заехать, что ли… А если и там не будет, что же получится — я только зря потеряю время…»

Из синагоги уже выходили после вечерней молитвы евреи. Моше зашел внутрь. Немолодой габай, медленно передвигаясь по залу, задвигал стулья, ставил в шкаф сидуры.

— Ханука самеах! — приветствовал его Моше.

— Ханука самеах! Что вы так поздно? Майрив закончился только что.

— Да нет, мне вот лампочку бы, «миньон»… Понимаете, у нас в больнице электрическая ханукия, лампочка перегорела, а в магазине таких нет. Может быть, у вас?..

— Да откуда? Видите, здесь у нас люминесцентные, а на Хануку мы зажигаем масляные светильники, конечно.

— Ну что ж… Спасибо. По крайней мере, я попробовал.

Моше повернулся к двери, как вдруг габай остановил его:

— Погодите-ка! Что-то мне кажется, лет двадцать назад у нас тут и правда была электрическая ханукия, самодельная, как раз с «миньонами». Давайте я поищу на складе.

Не дожидаясь ответа Моше, габай скрылся за дальней дверью. Довольно долго там чем-то шуршал, стучал, что-то передвигал, тихо бормотал и чихал.

— Что-то не нахожу, — сказал он минут через пять.

— Значит, нету, выходите. Спасибо, что поискали.

— Нет, нет, я же помню, что она была! Вот еще надо в этом шкафу посмотреть.

Моше стоял посреди молельного зала, по которому от большой серебряной ханукии распространялся аромат разогретого оливкового масла, и думал, что, даже если лампочка не найдется, все равно он приехал сюда не зря. Несколько минут назад всё было не так: поздно, холодно, есть хочется, заповедь не выполнил, — а тут вдруг стало тепло на сердце. Ведь этот человек старается, ищет лампочку, чтобы порадовать нескольких пожилых евреев в больнице, которых он в жизни никогда не видел… Ищет света и не согласен сдаваться темноте — ведь это само по себе уже победа.

— Нашел! Нашел, вот она! — торжествующе крикнул габай откуда-то из глубины. — Я же помнил, что она здесь! Только вы уж сами проверьте, работают тут лампочки или нет. Меня давно дома заждались. Ханука самеах! Вы можете весь светильник забрать себе, он нам не нужен.

Моше поблагодарил габая, пожелал ему счастливой Хануки и повез драгоценную коробку со светильником в больницу. Охранник удивился ему, но пропустил без вопросов.

Моше выкрутил перегоревшую лампочку и заменил на одну из тех, которые лежали в коробке вместе с ханукией. Лампочка не горела. Попробовал вторую — тот же результат. Советские лампочки никогда не были слишком долговечными, а чего можно было от них ожидать через двадцать лет лежания на складе? Третья, четвертая, пятая — Моше не терял надежды. Шестая, седьмая, восьмая — шансы уменьшались.

Прежде чем вкрутить последнюю, девятую, лампочку, Моше остановился и напомнил сам себе: «Зажжется она или нет — это именно то, как должно быть. В любом случае, всё идет по Плану».

Лампочка загорелась мягким оранжевым светом. Это было так естественно и так просто — ведь лампочки делают именно для того, чтобы они светили. И все же это было самое настоящее ханукальное чудо. Лампочка пролежала на пыльном складе двадцать лет, чтобы именно в этот вечер, именно в этой больнице, отдать свои скромные 40 ватт мощности всеобщему свету Хануки.


Эта глава начинается с заповеди жертвовать половину шекеля. Примечательно,что эту главу часто читают перед Пуримом, и как раз перед Пуримом и выполняется данная заповедь. Другая половина главы посвящена описанию греха золотого тельца и тому Великому прощению, которое оказал нам Творец. Читать дальше

Недельная глава Ки Тиса

Нахум Пурер,
из цикла «Краткие очерки на тему недельного раздела Торы»

Краткое содержание раздела и несколько комментариев из сборника «Тора на все времена»

«Ки тиса» («Когда будешь вести счет»). Долго ли усидишь на двух стульях?

Рав Бенцион Зильбер

Всевышний предписывает Моше определить число сынов Израиля («Когда будешь вести счет…») с помощью полушекеля, который внесет каждый из них на строительство Мишкана (переносного Храма). В такой форме евреям была дана заповедь приносить пожертвование на нужды Храма размером в полушекель. С этого приношения началось строительство Мишкана. В отсутствие Моше (он, как вы помните, сорок дней и ночей находился на горе Синай) евреи изготовили золотого тельца, поклонились ему и принесли жертвы. Моше спускается с горы с двумя скрижалями, видит это и разбивает скрижали. Сорок дней молится Моше, чтобы евреи не были истреблены в пустыне за этот грех. Б-г прощает евреев. Афтара к главе «Ки тиса» – отрывок из первой Книги царей (Млахим I, 18:1-39). (Напоминаем: афтара – отрывок из Пророков, который читают в синагоге по субботам после чтения недельной главы.) Этот отрывок рассказывает о временах царя Ахава, правившего северным – Израильским – царством, где проживали десять колен Израиля (два колена населяли южное царство – Иудею; раскол единого царства произошел после смерти царя Шломо). Ахав и его подданные поклонялись идолам, нарушая этим вторую из Десяти заповедей, запрещающую поклонение любым божествам, кроме Единого Б-га. Тема афтары связана с темой поклонения золотому тельцу в недельной главе.

Ки Тиса. вопросы и ответы

Рав Хаим Суницкий,
из цикла «Вопросы и ответы по недельной главе»

Вопросы и ответы по недельной главе

Золотой телец

Рав Шимшон Рефаэль Гирш

Почему Аарон выбрал фигуру тельца?