Whatsapp
и
Telegram
!
Статьи Аудио Видео Фото Блоги Магазин
English עברית Deutsch

Старик и more

Отложить Отложено

Мне всегда очень нравились рассказы Ханоха Теллера — и те, что вышли отдельным сборником лет двадцать назад, и те, что публикуются на сайте Толдот, из разных его книг.

Один из наиболее популярных его сборников — это книга «Эй, такси!» (на английском). Там собраны истории, случившиеся с евреями, обычно в Нью-Йорке, и, как ясно из названия, — с такси!

И вот, если подумать: а чем хуже израильские такси? Разве с ними было меньше историй? Уверена: с теми, кто живет в Израиле, произошло изрядное количество крупных или мелких событий, оставивших в душе хороший или… ждущий истолкования к лучшему след.

И в эти дни, когда мы так нуждаемся в прощении греха напрасной ненависти, давайте расскажем друг другу истории, где простые евреи проявили себя с лучшей стороны — и с чистой стороны своих пыльных такси...

Ну, хорошо, инициатива, как говорили в моем детстве, наказуема, так что начну я, а вы присоединяйтесь.

И даже если не считаете свою историю такой выдающейся, чтобы рассказать ее здесь или просто вам не с руки писать коммент, то расскажите ее своим друзьям — и тогда увеличится любовь евреев друг к другу, пусть хоть на один грамм!

Так вот, поймала я как-то такси в Ашдоде и еду на железнодорожный вокзал из района Сити. Если кто не знаком с Ашдодом — это не более 5-7 минут езды, в зависимости от светофоров. Почему это важно? Сейчас станет ясно.

Водитель ведет разговор по громкой связи:

— Так, может быть, ванильные? — спрашивает он, притормаживая на светофоре.

Ему отвечает скрипучий старческий голос:

— Зачем мне ванильные, скажи на милость? Те ванильные, что ты привез в прошлый раз, еще валяются у меня, черствеют, их невозможно есть! Ты хоть сам пробовал?

— Нет, не пробовал. Так, может, шоколадные?

— Ты в своем уме? С моим давлением? Шоколадные?

— Ну, хорошо… Какие там еще есть?

Тут мы крепко встали на красный свет, сразу же образовалась длиннющая пробка, и в мозгу водителя тоже, видно, образовалась пробка, потому что никак не вспоминался ему новый сорт печенья.

— Может, кокосовые?

— А вот тут мне пассажирка подсказывает: может, кокосовое печенье?

Из динамика донеслось:

— А она его ела? Мои зубы об это печенье не раскрошатся, как было с тем печеньем неделю назад, которое ты привез?

— Так ела? – требовательно переспросил старик из динамика.

— Там разное есть, в магазине, — малоубедительно начала я. — Надо проверить дату на упаковке.

— Ерунда, дело не в дате, а в том, что приличного печенья этот болван уже сколько времени купить не в состоянии.

Услышав эту реплику, я благоразумно «покинула чат» обсуждения печенья, но водитель еще какое-то время пытался.

Пробка шевельнулась и тронулась, диалог иссяк.

— Это такой неугомонный старик, — махнул рукой водитель.

Если бы водитель чувствовал себя уязвленным или раздраженным поведением старика, он не смог бы продолжить с ним ни минутой more. Но, возможно, за баранкой, за обильным загаром и за чрезмерной восточной горластостью скрывалось сердце  праведника?

За поворотом показалось здания Биг-Центра.

— Он калека, сам водит машину, но за последний год уже восемь раз его ловили за превышение скорости, а сейчас отобрали права. Так он сидит дома, но очень любит печенье. Беда только, что никакое ему не нравится.

Из динамика послышалось:

— Так что ты купишь мне сегодня? Только не забывай про мои вставные зубы!

— Куплю с финиковой начинкой, оно мягкое.

— И чтоб упаковка была удобная, легко открывалась!

Мы причалили к кромке вокзала. Уже слышался гул приближающего поезда. Я расплатилась и устремилась к поезду, гадая, какая участь постигнет печенье на этот раз, и думая о том, что неясно, как насчет Хемингуэя, но Ханоху Теллеру эта история пришлась бы по душе.

 

Теги: Ав, История из жизни, Между людьми